Экологический кризис в Азии: цена бездействия и «зеленой» гонки

Резкое сокращение финансирования природоохранных программ со стороны США нанесло сокрушительный удар по глобальным усилиям в этой области. Последствия этой политики особенно остро ощущаются в странах Юго-Восточной Азии, где нехватка внутренних ресурсов ставит под угрозу все – от борьбы с браконьерством и проектов по лесовосстановлению до жизненно важных экологических исследований. Ситуацию усугубляет и то, что европейские страны также перенаправляют бюджеты с гуманитарной помощи на военные расходы, оставляя природу беззащитной.

Этот финансовый вакуум совпал с усугублением климатического кризиса. Регион, и без того уязвимый, страдает от разрушительных наводнений и тайфунов, уносящих тысячи жизней. Экстремальные погодные явления, вызванные антропогенным глобальным потеплением, становятся все более частыми и интенсивными. Несмотря на человеческие и экономические потери, переход к возобновляемым источникам энергии идет недопустимо медленно. В Индонезии, вопреки планам полного перехода на зеленую энергетику, продолжают вводить в строй угольные электростанции. Таиланд продлевает срок службы крупнейшей угольной станции, отравляющей воздух и вызывающей болезни у местных жителей.

Даже альтернативные пути имеют свою темную сторону. Стремление Лаоса стать «батарейкой Юго-Восточной Азии» за счет строительства гидроэлектростанций радикально меняет гидрологию рек, угрожая выживанию мегафауны Меконга. В Камбодже погоня за гидроэнергетикой приводит к вырубке лесов и вытеснению коренных общин. На этом фоне Вьетнам демонстрирует более быстрый переход к устойчивым источникам энергии, хотя уголь по-прежнему составляет более половины его энергобаланса.

Парадоксально, но даже глобальный «зеленый переход» наносит ущерб экосистемам региона. Добыча полезных ископаемых, необходимых для производства электромобилей, солнечных панелей и ветряных турбин, оставляет глубокие шрамы на ландшафте. В Мьянме и Лаосе нерегулируемая добыча редкоземельных металлов приводит к массовой вырубке лесов и загрязнению рек токсичными стоками, которые достигают соседнего Таиланда. В Индонезии и на Филиппинах добыча никеля разрушает районы вблизи объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО, нанося непоправимый вред рыболовству и источникам пресной воды.

Главную цену за экономические просчеты и медленный энергопереход платит дикая природа. Юго-Восточная Азия – один из мировых центров концентрации видов, находящихся на грани исчезновения. Катастрофические наводнения на Суматре могли уничтожить до 4% всей популяции критически endangered тапанульских орангутанов. В Андаманском море из-за деградации зарослей морских водорослей, вызванной изменением климата, произошла массовая гибель дюгоней. Даже охраняемые территории не гарантируют безопасности: в Камбодже и Лаосе они остаются уязвимыми для браконьеров и незаконной вырубки.

Незаконная торговля дикими животными, подпитываемая сокращением ресурсов на борьбу с ней, продолжает процветать. Сотни гиббонов, тысячи певчих птиц, а также тигры и носороги становятся жертвами криминальных сетей. Спрос на живых животных и их части исходит как из-за пределов региона, так и изнутри. Например, биомедицинские лаборатории в Европе и США стимулируют многомиллиардную торговлю длиннохвостыми макаками, которых браконьеры отлавливают в Таиланде и контрабандой вывозят через Лаос и Камбоджу. Численность яванских и суматранских носорогов продолжает катастрофически сокращаться из-за браконьерства и потери среды обитания.

На фоне этих мрачных тенденций появляются и лучи надежды. Исследователи продолжают открывать новые популяции и виды животных, что подчеркивает, как много еще можно потерять. В лесах Суматры была обнаружена новая популяция тапанульских орангутанов, а во Вьетнаме – сероногих дуков. Эти открытия доказывают, что природа все еще способна удивлять и заслуживает защиты.

По всему региону также реализуются инициативы по восстановлению экосистем. В Индонезии и Таиланде запущены передовые программы по восстановлению популяций акул с участием студентов и местных жителей. На Филиппинах усилиями сообществ успешно восстанавливаются мангровые леса, защищающие побережье от тайфунов. Эти примеры показывают, что успех природоохранных проектов напрямую зависит от вовлеченности местных и коренных общин, для которых сохранение природы – это вопрос выживания и будущего.