Камила Нургалиева 
Сельское хозяйство и животноводство Мьянмы, от которых зависит более половины населения страны, оказались в эпицентре затяжного поликризиса. Последствия пандемии COVID-19, непрекращающийся политический конфликт, тяжелый экономический спад и деградация окружающей среды поставили фермеров на грань выживания.
В отличие от развитых стран, полагающихся на технологии, Мьянма продолжает использовать традиционные методы ведения сельского хозяйства. Этот сектор, включая лесное хозяйство и землепользование (AFOLU), генерирует от 83 до 90% всех выбросов парниковых газов в стране – цифра, значительно превышающая среднемировой показатель в 25%. Таким образом, аграрная отрасль становится не только жертвой, но и одним из главных драйверов изменения климата в регионе.
Катастрофические наводнения, штормы и землетрясения, усугубленные изменением климата, регулярно уничтожают урожай и поголовье скота. Ситуацию обострил военный переворот 2021 года, который привел к социально-экономической катастрофе, особенно в сельских районах. Многие жители были вынуждены покинуть свои дома, что привело к потере возделанных полей и хаотичному освоению новых земель. К этому добавляются биологические угрозы, например, нашествия улиток-яблонь, уничтожающих целые рисовые чеки, при этом пестициды часто оказываются бессильны.
В условиях политической нестабильности фермеры лишены какой-либо технической или финансовой поддержки со стороны правительства. Международные проекты в основном сосредоточены на гуманитарной помощи в относительно спокойных регионах и не могут добраться до зон конфликта из-за ограничений военных. Это смещает фокус с долгосрочного устойчивого развития на сиюминутное реагирование на чрезвычайные ситуации.
Большинство хозяйств продолжают сжигать пожнивные остатки, злоупотреблять химическими удобрениями и неправильно утилизировать навоз, что усиливает выбросы метана и закиси азота. При этом животноводы сильно зависят от дорогих коммерческих кормов. Рекордная инфляция, достигшая 28,67% к марту 2025 года, взвинтила цены на корма и удобрения до небес, в то время как закупочные цены на продукцию фермеров почти не выросли. Многие мелкие хозяйства больше не могут позволить себе покупные корма, что ставит под угрозу их единственный источник дополнительного дохода.
Одним из наиболее эффективных решений этой комплексной проблемы может стать «циклическое кормление» – практика, основанная на использовании местных ресурсов. Вместо дорогих коммерческих смесей фермеры могут применять высокобелковые альтернативы, произведенные прямо на ферме. К ним относятся силос из бананов или водяного гиацинта, кормовые растения вроде азоллы и вольфии, а также богатые протеином насекомые, например, личинки мухи «черная львинка». Животноводческие отходы, такие как навоз, можно компостировать, использовать для производства биогаза или скармливать тем же личинкам для получения белка.
Личинки черной львинки содержат до 35% сырого протеина, а такие растения, как азолла, легко выращиваются даже на небольшом приусадебном участке и дают не менее 20% белка. Такие подходы не только снижают зависимость от импортных кормов и сокращают расходы, но и уменьшают выбросы парниковых газов от их производства и транспортировки. Это позволяет фермерам повысить свою экономическую устойчивость и внести вклад в защиту окружающей среды.
Другим перспективным направлением является поликультурное сельское хозяйство, например, совместное выращивание риса с утками или рыбой. Эти системы экологически безопасны, поскольку снижают потребность в химикатах, обеспечивают естественную борьбу с вредителями и дают фермерам дополнительный источник дохода и продовольствия. Внедрение подобных практик – это не просто аграрная реформа, а реальный путь к выживанию и повышению устойчивости к социально-экономическим потрясениям в период затяжного кризиса.
